Исламский призыв. Историческая практика и современность

Исламский призыв. Историческая практика и современность

Концептуальные основы исламского призыва (дава’ата) имеют свое начало и подтверждение в Книге Аллаха и Сунне Его Посланника (мир ему и благословение). На их базе необходимо выстраивать методы и схемы развития дава’ата в современных условиях.

Концептуальные основы исламского призыва (дава’ата) имеют свое начало и подтверждение в Книге Аллаха и Сунне Его Посланника (мир ему и благословение). На их базе необходимо выстраивать методы и схемы развития дава’ата в современных условиях.

Вся Книга Аллаха и жизнеописание (сира) Его Посланника (мир ему и благословение) представляют для мусульман неисчерпаемый источник моделей стратегического выстраивания исламской активности. Этот набор стратегических моделей развития исламского призыва обладает значительным запасом универсальности, который проистекает из универсальности и всеобщности самого мусульманского учения.

Примечательно, что современный западный мир воспринял многие стратегические подходы и методы из пророческой практики Ислама, обернул их в свои термины и понятия, развернул, дополнил комментариями и разработал концепции их применения в современных условиях. При этом многие подходы Запад приспособил для применения в военно-политических целях и разработал на их основе узкоспециализированные методики агрессивного продвижения, такие как информационные войны, экономическая экспансия и т. д.

Тем не менее, эти стратегические подходы можно снова извлечь из сиры и практиковать, исходя из целей развития исламского призыва в современных условиях.

Концепция «мягкой силы»

Одной из таких моделей стратегического продвижения исламского призыва в неблагоприятных условиях является концепция «мягкой силы». Эта концепция, несомненно, взятая из исламской практики и забытая сегодня самими мусульманами, активно используется странами Запада в своей политико-идеологической экспансии. В Исламе эта модель заключалась в предельно мягком преподнесении людям нового учения, мягких подходах к призыву и социальному реформированию.

«По милости Аллаха ты был мягок по отношению к ним. Если бы ты был грубым и жестокосердным, то они непременно покинули бы тебя. Извини же их, попроси для них прощения и советуйся с ними о делах…» (Коран, «Семейство Имрана», 159).

Концепцию «мягкой силы» на современном этапе ввел в научный оборот профессор Гарвардского университета Джо Най. Развивал он свою концепцию, конечно же, для укрепления глобального господства США. В своей недавней статье в «Boston Review» Джо Най утверждает, что современные нации, как правило, располагают тремя основными способами достижения власти:

  • во-первых, путем использования угрозы силой;
  • во-вторых, добиваясь согласия с помощью вознаграждений;
  • в-третьих, прибегая к методам «мягкой власти», то есть привлекая последователей и союзников на культурно-идеологических основаниях.

Эту методику широко используют многие государственные и негосударственные субъекты и даже пытаются восполнить с ее помощью недостаток других видов силы.

«Мягкую силу» можно было бы назвать использованием в управлении культурных и моральных идеалов, а также морального авторитета и превосходства над другими идеологиями и системами. В новой истории именно американцы были одной из первых наций в мире, которые научились эффективно использовать ее в своих интересах. Многие американские ценности, такие, как демократия, права человека, равенство возможностей, распространяясь за «железным занавесом», служили прекрасным подспорьем для американской внешней политики.

В этот период Америка стремилась к достижению консенсуса со своими союзниками и сателлитами по вопросам мировой политики и настойчиво добивалась политической гегемонии в мире. В том числе и культурно-идеологическими средствами, преподнося себя как страну индивидуальных свобод, равенства всех перед законом, равных экономических и социальных возможностей.

«Мягкая сила» органично дополняла политическую мощь США и служила отличным средством легитимации их действий, причем не только в глазах американского народа и его союзников, но и в глазах народов советского блока и в стран-сателлитов Соединенных Штатов с авторитарными и диктаторскими режимами. Однако в последние годы, особенно после начала войны в Ираке, наблюдается явная тенденция ослабления «мягкой власти» США.

Как уже было сказано, «мягкая сила» реализуется с помощью культурных и моральных идеалов, а также морального авторитета и личного примера. Для нарождающихся или возрождающихся идеологий и религий нет и не может быть другого пути к овладению сердцами людей, кроме «мягкой силы». Религия Единобожия на каждом своем историческом отрезке, при каждом Пророке (мир им) пробивалась к людским душам именно через моральное превосходство над миром невежества, через открытое провозглашение истины и через личный пример праведности и верности.

Историческая практика Ислама

Культурно-идеологическое лидерство Ислама в арабском обществе завоевывалось сподвижниками Пророка (мир ему и благословение) не насилием, а невероятно ярким и сильным личным примером, несокрушимой верой, невероятной стойкостью, невообразимой силой духа и безостановочным призывом. Когда мусульмане отвечали на преследования и репрессии со стороны язычников достоинством и терпением, это производило на арабов, ценивших в людях доблесть и преданность своим идеалам, неизгладимое впечатление.

Стойкость Биляля ибн Рабахи, Хубайба ибн Ади, Хаббаба ибн Аль-Аратта (да будет доволен ими Аллах) и их верность своей религии пленяли сердца язычников, и они начинали задумываться о причинах такой нечеловеческой стойкости перед лицом смерти. Именно эти подвиги духа, эта непоколебимая сила мусульман открывали многим сердца для Ислама.

Историческая практика Ислама
Историческая практика Ислама

Историческая практика религий Писания

История первых последователей Пророка Исы (мир ему) являет нам подобные же примеры невообразимой стойкости и терпения, морального превосходства верующих над их преследователеями и гонителями. Именно эта сила духа, сила морального превосходства и величия потрясала окружающих. Перед этой духовной силой блекло могущество Рима, материализованное в закованных в доспехи легионах и центурионах.

Это духовное поражение Рима перед силой Единобожия очень метко описал польский писатель Генрик Сенкевич в своем романе «Quo vadis» через образ и мысли главного героя произведения римского патриция Марка Виниция:

«…где начинается их учение, там кончается римское владычество, кончается Рим…, различие между побежденным и победителем, богатым и бедным, господином и рабом… …Он все больше дивился сверхчеловеческому могуществу этого учения, которое столь неслыханно преображало души людей. Виниций понимал, что оно несет в себе нечто необычное, чего еще не бывало на свете, и чувствовал, что если бы это учение охватило весь мир…привило бы миру свою любовь и милосердие…».

Созидательное усердие в исламе

Ислам – это религия огромной духовной и социальной энергии и непрерывного усердия. Концепция усердия в Исламе занимает настолько значительное место, что некоторые ученые даже приравнивали ее к шестому столпу Ислама. Причем из всех положений Ислама, именно концепция усердия (джихада) в современное время получила самые неоднозначные трактовки и толкования.

Мы же сразу оговариваем тот факт, что усердие на пути Аллаха не ограничивается только военной активностью мусульман. Усердие на пути Аллаха – это ежедневное усердие, которое должен проявлять каждый мусульманин на каждом шагу своей жизни. Усердие, направленное на искоренение всего греховного, дурного, лживого, на соблюдение чистоты духа, помыслов, конкретных поступков и отвержение зла, на облагораживание общества и окружающего мира. Истинное ежедневное усердие мусульманина должно проявляться в учебе, работе, семейных отношениях, службе на благо веры и общества.

«А когда кончена будет молитва, то расходитесь по земле, и ищите милости Аллаха, и поминайте Аллаха часто, — может быть, вы будете счастливы!» (Коран, «Сбор», 10); «Усердствуйте на пути Аллаха надлежащим образом…» (Коран, «Хадж», 78).

Сегодня огромная внутренняя энергия пробуждающегося Ислама ищет каналы для своего выхода и реализации. Но на сегодняшний день количество каналов и путей, которые используют мусульмане для реализации этой энергии, непозволительно малочисленны. Молодой человек, пришедший в Ислам и горящий желанием прилагать усердие на этом пути, видит только два пути – либо идти на поклон к полуграмотным и нетерпимым муллам, либо пополнять ряды радикальных протестных движений.

Историческая практика Ислама

Что касается примеров прежней созидательной активности мусульман, то вся история Ислама, буквально, пропитана ими. Начиная с облагораживания и планомерной застройки Медины сразу после хиджры, вплоть до возведения роскошных мечетей, целых городов, библиотек и университетов от Андалусии до Китая.

Производство бумаги, развитие книгопечатания, огромные энциклопедии, научные трактаты, исторические хроники, астрономия, медицина, алгебра, химия, социология, развитая пенсионная система и система здравоохранения – перечень достижений мусульман в совершенно различных сферах человеческой жизни можно продолжать до бесконечности. Но их объединяет один фактор – то, что все эти достижения оказались возможными, благодаря неуемному усердию мусульман на поприще созидательного труда и активности.

Российский контекст

Российская исламская община сегодня как воздухе нуждается в возрождении прежнего понимания и направленности исламского усердия, ориентированного на призыв, просвещение и созидательный труд, а также в социальных, экономических, культурных и просветительских проектах для реализации этого усердия.

В условиях современной России концепция созидательного усердия должна лечь не только в основу системы организованного призыва или же исламской социально-экономической системы. Данная концепция должна явиться стимулирующим началом абсолютно во всех сферах жизнедеятельности мусульман.

Среди основных сфер, в которых мусульмане в условиях России могли бы реализовывать себя и прикладывать усердие на пути Аллаха, без сомнения в дозволенности или запретности можно, в первую очередь, перечислить сферу исламского призыва, образования, науки, бизнеса (за исключением запретных видов финансовых операций и товаров), общественной и правозащитной деятельности, культуры, спорта и многое другое.

Молекулярное проникновение

На данной стратегической модели был основан призыв к Единобожию, начиная с первых Пророков (мир им) и завершая Пророком Мухаммадом (мир ему и благословение). Заключалась она в неизменном приказе Всевышнего своим Пророкам и Посланникам (мир им) вести призыв к Единобожию в любое время и всеми доступными способами.

«Мы посылали в каждую общину Пророка (чтобы призвать людей): «Поклоняйтесь Аллаху и сторонитесь тагута!» (Коран, «Пчелы», 36); «Посланники приходили к ним спереди и сзади: «Не поклоняйтесь никому, кроме Аллаха»… (Коран, «Разъяснены», 14).

В новейшее время на основе этой модели разработал свою концепцию «молекулярного проникновения» итальянский коммунист Антонио Грамши. По мысли Грамши, использование его концепции «молекулярного проникновения» и средств, ею предусмотренных, должно было позволить итальянским коммунистам завоевать культурно-идеологическое лидерство в обществе. Однако сегодня эта концепция культурно-идеологической гегемонии получила широкое распространение в кругах западноевропейских и американских неоконсерваторов и «новых правых».

По Грамши, достижение культурно-идеологического лидерства – «молекулярный» процесс. Он протекает не как столкновение и борьба различных социальных групп и классов, а как невидимое, малыми порциями, изменение мнений и настроений в сознании каждого человека. Культурно-идеологическое лидерство, согласно Грамши, опирается на «культурное ядро» общества, которое включает в себя совокупность представлений о мире и человеке, о добре и зле, прекрасном и отвратительном, множество символов и образов, традиций и предрассудков, знаний и опыта многих веков.

Именно содержание этого «ядра» определяет восприятие обществом религии, степень его светскости и его отношение к Исламу. Российское «культурно-ценностное ядро», определяющее отношение основной массы россиян к Исламу, сформировалось под влиянием русской и западной культуры, было трансформировано советской пропагандой, а затем и исламофобской истерией в постперестроечный период.

Именно российское «культурное ядро» является объектом работы по исламскому призыву. Для изменения представлений людей об Исламе надо воздействовать на их обыденное сознание – повседневные, «маленькие» мысли среднего человека. За обыденное сознание россиян и российских мусульман сегодня в жесточайшей схватке сошлись и западные силы, и российская государственная пропаганда, и представители предельно жестких движений, выступающих от имени Ислама. Кто угодно, только не мусульмане, ставящие своей целью поэтапный и комплексный призыв людей к Исламу.

В нашем случае эти малые порции воздействия на сознание людей достигаются непрерывным процессом индивидуального призыва, увеличением эффекта воздействия отдельной исламской личности на окружающих своим примером и образом жизни, распространением и заполнением информационного пространства качественной, конкурентоспособной, объективной и привлекательной информацией об Исламе и мусульманах, отдельными, но постоянными ознакомительными мероприятиями, улучшением имиджа Ислама.

Другими словами, это достигается миллионами правильных слов, поступков, статей, акций и т.д. Естественно, что процесс «молекулярного» воздействия на сознание людей – это процесс долгосрочный и должен планироваться на долгую перспективу.

Российский мыслитель Сергей Кара-Мурза самым крупным подтверждением эффективности теории Грамши называет успешную стратегию партии Индийский национальный конгресс по ненасильственному освобождению Индии от колониальной зависимости. Множеством «малых дел и слов» партия завоевала прочную культурную гегемонию в массе населения. Колониальная администрация и проанглийская элита были бессильны что-либо противопоставить – они утратили необходимый минимум согласия масс на поддержание прежнего порядка. В западной практике таких примеров еще много. Но для нас интересны примеры из истории Ислама.

Историческая практика Ислама

Это, в первую очередь, блестящий, стратегически выверенный путь Посланника Аллаха (мир ему и благословение) по ненасильственному, «словами и делами» завоеванию культурно-идеологического лидерства в арабском обществе. Небольшая горстка гонимых, отверженных, рассеянных по всей Аравии и Абиссинии, бойкотируемых и притесняемых мусульман, стойко пройдя через все унижения и преследования, создала свое государство и подчинила своему влиянию один самых стратегически важных городов арабского полуострова.

Успех общины Мухаммада (мир ему и благословение) был просто ошеломляющим. Не натянув ни разу тетиву лука, не выпустив ни единой стрелы, не обнажив ни разу меч, не то что для нападения, но даже в свою защиту, мусульмане создали мощную политико-идеологическую систему, с которой теперь уже вынуждены были считаться многие окрестные племена.

Одним из основных факторов успеха был непрекращающийся ни при каких условиях призыв к Исламу. Мусульмане не только заполнили своими словами, предостережениями, увещеваниями, делами и поступками все социально-культурное пространство Мекки, но и заставили говорить и спорить об Исламе практически всю Аравию. Они добились невероятно плотного «эффекта присутствия» Ислама в социально-культурном пространстве всего полуострова. После такого широкого распространения информации об Исламе дальнейшая победа невероятно убедительной, ясной и конкурентноспосбной Религии Истины над очевидными заблуждениями язычников была только делом времени.

Другой пример – практически полная исламизация и вовлечение в орбиту мусульманского мира Индонезии. Что также было достигнуто без единого вооруженного столкновения или боевого похода. Как известно, торговые связи с мусульманами способствовали проникновению Ислама в северные порты Явы и Брунея, и к концу 16 в. большинство индонезийских правителей относились уже к приверженцам Ислама.

При этом, самым примечательным фактом исламизации Индонезии является то, что этот процесс не привел к социальным потрясениям или столкновениям внутри индонезийкого общества. Принятие Ислама не нарушило целостность культурной истории Индонезии. Индонезийская и малайская цивилизации на протяжении столетий вбирали в себя элементы Ислама. Ислам, в буквальном смысле слова, «влился» в индонезийскую социально-культурную реальность.

Примерно по тому же сценарию протекало принятие Ислама Волжской Булгарией. Причем полностью мирный характер исламизации булгар нисколько не означал ее поверхностности. Наоборот именно добровольное принятие Ислама превратило Булгарию и ее политического наследника Казанское Ханство в один из самых крепких оплотов Ислама на территории современной России.

О степени религиозности булгар свидетельствует характеристика, оставленная средневековым путешественником францисканским монахом Гильомом де Рубруком:

«Эти булгары – самые злейшие сарацины, крепче держащиеся закона Магометова, чем кто-нибудь другой».

Историческая практика Ислама

Современный пример

Очень важно помнить, что культурно-идеологическая победа западного блока над социалистическим лагерем во главе с СССР была также достигнута путем плотного, долговременного «молекулярного» воздействия на «культурное ядро» социалистических обществ. Западные фильмы, музыка, клипы, образ жизни, товары, которые через бреши в «железном занавесе» все более широкой волной накрывали советского человека, подрывали его веру в торжество социализма и переориентировали критическую массу обывателей на Запад.

Руководство КПСС и правительства целых государств ничего не могли поделать с этим изменившимся вектором народных устремлений. «Культурное ядро» общества уже было не во власти жрецов коммунистической религии.

Экономические механизмы продвижения и закрепления исламского призыва

Экономические отношения и экономика всегда являлись одним из краеугольных камней в фундаменте человеческого общества, без которого оно не могло существовать, выживать и развиваться. В Исламе экономическим механизмам подтверждения Истины, продвижения и укрепления завещанного Аллахом образа жизни всегда отводилось одно из важнейших мест.

«Мы подчинили Сулейману ветер, который утром пролетал месячный путь и после полудня пролетал месячный путь. Мы заставили для него течь источник меди. Среди джиннов были такие, которые работали перед ним с дозволения его Господа… Они создавали прекрасные строения, изваяния, миски, подобные водоемам, и неподвижные котлы. О род Давуда! Трудитесь в знак благодарности…» (Коран, «Саба», 12-13) «… Аллах дозволил торговлю…» (Коран, «Корова», 275); «Пожертвования предназначены для нищих и бедных, для тех, кто занимается их сбором и распределением, и для тех, чьи сердца хотят завоевать, для выкупа рабов, для должников, для расходов на пути Аллаха и для путников. Таково предписание Аллаха…» (Коран, «Покаяние, 60).

В сегодняшнем же мире роль экономических механизмов в определении судеб общества и отдельных людей неизмеримо возросла. Экономические интересы зачастую перевешивают идеологические, политические и военные.

Кроме того, торговля во все века была мощнейшим коммуникационным каналом, через который шло взаимовлияние культур и цивилизаций. Вместе с торговыми караванами и товарами на огромные расстояния переносились не только материальные богатства, но и культурные ценности, модели государственного устройства, военный опыт, элементы материальной культуры в одежде, вооружении, архитектуре, и, самое главное, языки, идеологии и религии.

Сегодняшние лидеры мира – страны западной цивилизации используют товарное производство, торговлю, финансовые механизмы, рекламу не только для обогащения, но и для продвижения по всему миру своих ценностей, образа жизни и идеологии. То есть торгово-экономическая экспансия и проникновение открывает доступ для экспансии культурной и идеологической, а зачастую и сама ее осуществляет.

Сотни и тысячи элементов западной экономической системы изначально идеологически и ценностно «нагружены». Банковский процент, свободные рынки товаров, труда и капитала, на которых могут выжить только крупные игроки, финансово-кредитные механизмы, разнузданная реклама, навязывающая всему миру неуемную жажду потребления и греховные стандарты в одежде, символах респектабельности, даже в образе жизни и в культурно-ценностном багаже – все это является мощнейшим инструментом взлома традиционных культур и неотвратимого навязывания всему оставшемуся миру западной идеологии.

Вестернизация во многих исламских странах воспринимается как катастрофа. Представитель саудовской политической элиты так высказался по этому поводу:

«Зарубежные товары просто ослепляют. Но менее осязаемые социальные и политические институты, импортированные из-за границы, могут быть смертоносными… Ислам для нас не просто религия, а образ жизни. Мы в Саудовской Аравии желаем модернизации, а не вестернизации».

Кроме того, Запад подкрепляет экономические механизмы проникновения в традиционные культуры дипломатическими методами. Это означает установление прибыльного экономического сотрудничества с дружественными государствами и защиту собственных интересов от экономической экспансии конкурирующих государств и блоков, а также изменение соотношения числа дружественных и соперничающих государств в пользу первых.

Это означает новые рынки сбыта и источники сырья в других странах, информационное обеспечение собственных и зарубежных хозяйственных субъектов, лоббирование их интересов в правительственных кругах и т.п., то есть, ускорение темпов экономического роста страны, а значит и дальнейшее культурно-идеологическое наступление Запада на исламский мир.

Несомненно на этом направлении Ислам обязан в ближайшее время перехватить инициативу у Запада и вернуть завещанным нам Всевышним экономическим механизмам продвижения и укрепления призыва прежнее высокое место.

Бесспорно, что экономические факторы в исламском призыве играли одну из самых значимых ролей, наряду с убедительностью призыва, его постоянством и терпением мусульман. Эти механизмы давали призываемым ощутить реальную заботу Ислама о себе, осознать и поверить в то, что Ислам – не религия сплошного фанатичного самоотречения и пораженчества, а религия активного и успешного образа жизни.

Экономические механизмы продвижения и закрепления исламского призыва

Историческая практика Ислама

Когда после битвы при Хунайне, где мусульманам досталась богатая добыча, Посланник Аллаха (мир ему и благословение) приступил к ее разделу, то он первым делом щедро оделил ею желавших получить свою долю вождей племен и представителей мекканской знати. Первыми из получивших свою долю стали «люди с прирученными сердцами», которым досталось больше всех остальных.

«Людьми с прирученными сердцами» называли влиятельных и знатных людей, которые приняли Ислам незадолго до этого, и которых Пророк (мир ему и благословение) старался окончательно привлечь на свою сторону с помощью богатых подарков.

Причем Посланник Аллаха (мир ему и благословение) не отказывал ни одному из них, если они просили его увеличить их долю в трофеях в 2, а то и в 3 раза, но при этом обделил своих первых и самых верных союзников – ансаров. Пророк (мир ему и благословение) пошел на этот шаг, только желая привязать сердца новообращенных мусульман к вере до тех пор, пока они до конца не ощутят ее сладость.

Другой пример. Как известно, при стремительном расширении территории Исламского Халифата одним из самых мощных факторов, побуждавших народы, оказавшиеся в орбите Исламского мира, принимать Ислам, был фактор экономический.

Благополучие, спокойствие, а также возможность полноценного использования экономических привилегий и социальных льгот, которые были связаны с принятием Ислама, стали важными факторами для обращения «людей Писания» Сирии, Палестины, Египта, а затем и Балкан в Ислам. Новые исламские власти на местах предоставляли купцам, торговцам и ремесленникам большие льготы и послабления, стимулируя их деятельность и укрепление в Исламе.

Известен также любопытный случай из истории распространения Ислама в Средней Азии. Согласно историку Наршахи, Кутейба ибн Муслим, освободитель здешних земель, приказал, чтобы все население Бухары посещало пятничную молитву в Соборной мечети и установил награду пришедшим: каждому выдавалось по два дирхема. Эти и другие методы экономического поощрения и стимулирования приводили к принятию Ислама большинством местных жителей и укреплению его позиций.

Одним из самых ярких свидетельств справедливости и исключительной привлекательности исламских экономических механизмов для освобожденных земель является также договор о вхождении Армении под власть исламского халифата. В 651 году исламский отряд вошел на территорию Армении со стороны Азербайджана.

Правитель Армении, ишхан Теодорос Рштуни, оценив преимущество мирных предложений мусульман, заключил с наместником Сирии договор, в котором халиф Муавийя подтверждал следующее:

«Таков будет мирный договор между мной и вами на сколько лет вам будет угодно. Три года не возьму с вас дани, а после этого срока платите сколько пожелаете. В этом даю вам клятву. Держите в вашей земле конницу в полторы тысячи человек, содержание ее – из вашей страны, и я зачту это в счет дани. Конницу вашу я не вызову в Сирию, но в другие места; когда бы я ни потребовал, она должна быть готова к выступлению. Я не пришлю в ваши крепости ни своих командиров, ни арабского войска, даже ни единого всадника. Никакой враг не вступит в Армению, если же рамеи нападут на вас, то я пришлю на помощь войско, какое вы пожелаете. Клянусь Всемогущим Аллахом, что не обману вас».

История свидетельствует, что после получения таких неслыханно выгодных условий договора с исламским халифатом, правитель Армении даже решался выступать против единоверной Византии для сохранения союза с мусульманами.

Угрозы исламскому призыву в России

Исламский призыв (даваат), который последние десятилетия реализовывался на территории России, невозможно назвать организованным, заранее подготовленным процессом, который протекал в соответствии с четким видением проблем, целей, приоритетов, наиболее эффективных методов развития в современных условиях. Вместо этого, процесс даваата приобрел характер хаотичный, непоследовательный, служащий интересам великого множества узкомыслящих групп, а никак не интересам эффективного развития Ислама в России.

Надо честно признать, что ни российские мусульмане, ни официальные исламские организации на момент коренного перелома общественно-политической ситуации в стране оказались не готовы к организованной религиозно-просветительской работе в новых условиях.

Когда мы говорим о новых условиях, то имеем в виду не только постперестроечную российскую реальность, когда мусульмане бывшего СССР в одночасье оказались в условиях непривычной для себя свободы отправления религиозных обязанностей. Мы имеем в виду коренную и революционную трансформацию прежних социальных, политических, идеологических, интеллектуальных и иных привычных схем функционирования человеческого общества в глобальном масштабе произошедших на рубеже второго тысячелетия. Мир изменился и продолжает меняться не просто стремительно, но со взрывной скоростью.

Продолжать на сегодняшнем этапе в исламской работе ограничиваться системой духовных управлений, системой исламского образования, подготовки и рекрутирования новых кадров, которые были выстроены в России в царские и советские годы — значит обречь себя на полное поражение в современном мире.

К тому же, другая часть мусульман, в лице организованных по сетевому принципу джамаатов «салафитской» направленности, оказавших на процесс исламского призыва в России самое большое влияние со времен удушения исламской мысли в первые годы советской власти, тоже не могут дальше так развиваться (к примеру, на Северном Кавказе они уже находятся в конфликте со всеми и вся).

Мы — единая умма, и нам надо решать свои проблемы сообща. Сегодня под угрозой оказалось само понятие исламского призыва. Мы предлагаем выделить 2 вида угроз исламскому призыву, существующие на современном этапе — угрозу внешнюю и угрозу внутреннюю:

  • Внешняя угроза исходит от исламофобской пропаганды современных СМИ и откровенно антиисламской социально-политической позиции ведущих современных держав (США, «Израиль», Британия) и других влиятельных сил. Сюда можно отнести и информационно-идеологическое наполнение современных СМИ, и активность по навязыванию всему остальному человечеству западно-израильского видения мира, и атавизмы советского мышления, и негативный настрой многих наших сограждан и государственных институтов.
  • Внутренняя угроза исходит от самих мусульман, в недостаточной степени просвещенных, организованных и мотивированных на совместную активность по исламскому призыву. Сюда же относятся группы и джамааты стихийного призыва, своей несогласованной, не выверенной, импульсивной, порой, экстремальной активностью искажающие мнение об Исламе и на долгий период портящие условия для призыва.

Если первый вид угрозы приводит к порождению недоверия и страха перед Исламом в массовом сознании, то второй вид, через агрессивную активность исламского призыва, эти страхи подтверждает и закрепляет на весьма далекую перспективу.

Несомненно, затронутые проблемы нуждаются еще не в одном, а в десятках и сотнях исследований. Мы же здесь пытаемся вынести на суд читателя следующие положения, которые, на наш взгляд, должны быть в полной мере реализованы в условиях сегодняшней России. В этом нам видится выход исламского призыва на качественно новый уровень:

  • Широкое распространение исламских знаний и исламского образования в среде российских мусульман;
  • Пробуждение социальной активности мусульман (попечение над малоимущими и сиротами, больницы, детсады и школы и т.д.), стимулируемой предписаниями Корана и Сунны о ежедневном усердии на пути Аллаха;
  • Раскрепощение сознания мусульман и его открытие для новейших научных достижений и технологических разработок;
  • Соединение исламских положений о призыве, закрепленных в Коране и Сунне, с современными технологиями и методиками бесконфликтного информационно-идеологического воздействия на общество;
  • Учет при планировании долгосрочных перспектив в призыве наличия тенденций глобального масштаба конфликтности и вооруженного противостояния, увязывающегося с противостоянием мира Ислама и мира Запада.
  • Обязательное выстраивание организованного призыва к Исламу в масштабах страны на принципах добровольности, поиска наиболее выгодных условий и моделей.

Руслан Курахви, к. полит. наук

Admin

Admin

Мы — люди, представители традиционно немусульманских народностей, принявшие Ислам и исламский Шариат, и желающие сохранить себя, свою культуру и идентичность в рамках последнего Божественного Откровения.
Close
Close